Оксана Чивелёва о себе, театре, кино и детстве. Интервью от 10.12.13

Dsc_0143Так вышло, что интервью мои начались именно с Оксаны, хоть она тут по счету и вторая. Идея связаться с интервью возникла еще летом 2012 года. Тогда я предложил Оксане взять у нее интервью, она любезно согласилась, и, собственно, спустя полтора года случилось то, с чего всё начиналось. Оксана Чивелёва — актриса театра и кино, которая сыграла Олю в фильме/сериале «Выше неба», который относительно недавно вышел в свет именно таким, как задумывался изначально. Вместо всех этих индивидуально-социальных качеств, которые надо было бы перечислить, я скажу, что Оксана общительный, дружелюбный человек, который располагает к себе с самого начала общения, который олицетворяет собой образ несреднестатистической молодежи (не очень люблю слово «молодежь», но оно подходит), которая учится, пытается где-то заработать, пытается снять комнату подешевле, путешествует автостопом, ползает по горам, по ночам у моря поёт песни и радуется жизни.


Блиц

 
Блиц-коллаж «Оксана Ч. любит…»



— Сначала будет блиц-опрос.

— Я уже поняла.
Это самое страшное. Давай начинай.

— Я буду
говорить слово, ты будешь конкретизировать его. Например, я
говорю: «Художник», ты говоришь: «Айвазовский», то есть называешь любимого.
Поехали. Актер.

— Джонни Депп

— Актриса

— Оксана Фандера

— Музыкант

DepecheMode,
Земфира

— Цвет

— Синий

— Алкогольный
напиток

— Вино белое
полусухое

— Блюдо

— Драники

— Вид транспорта

— Поезд

— Кафе

«Жили-были«

— Пора года

Лето

— Страна

Украина, Крым

— Город

Минск люблю и
Питер

— Фильм

— «В диких
условиях» Шона Пенна

— Книга

— Набоков, «Лолита»

— Поэт

Полозкова

— Писатель

Жан-Поль Сартр

— Животное

— Лошадь

— Растение

— Деревья, может,
я не знаю, но их люблю фотографировать, очень

— Язык

Белорусский,
английский, который я не знаю
.

Основная часть



— Итак, Оксана, сосредоточься, вопрос первый. Что вообще сейчас происходит у тебя? В общем. Или не в общем. Может что-то интересное и яркое у тебя сейчас?

— Яркое… Было
лето прекрасное, был фестиваль в Одессе, был Крым чудесный, с которого вообще
уезжать не хотелось. Я приехала в Беларусь, и через два дня я хотела уехать
обратно, но, дело в том, что нужно ставить дипломный спектакль. Еще у нас
фестиваль был. Кстати, 25 сентября мы играли на театральном куфаре. То есть
были активные репетиции. Ну и как-то я приехала, все начало складываться так
потихоньку, как мозаика такая, притягиваться. Какая-то съемка потом нарисовалась.
Буквально один съемочный день, но было приятно, что он без проб, без ничего.
Мне просто позвонили люди, сказали: «Если согласна, то приезжай». Снялась,
уехала, все отлично. Просто очень не хватало атмосферы этой съемочной.
Соскучилась. Очень давно, оказывается, я не снималась. Я об этом не
задумывалась. А недавно писала фильмографию свою, и смотрю, а там везде «2012,
2012, 2011…». Я не снималась уже год! Вообще нигде не снималась, и это очень
печально. Так что я вот подпиталась этой атмосферой.

Ну, еще вот сериал
вышел. С ООН встречались, с журналистами, и вообще разговаривали о том, что
будем делать со всем этим. Но это так. Надо профессией заниматься на самом
деле, потому что осталось мало времени, а за него нужно взять все то, что не взяла за
4 года. Поэтому нужно осесть и не ездить на Гоа, как меня прёт и тянет. В Питер
очень хочу, но пока надо побыть здесь.

— Ты сказала,
что снималась недавно. Что снимали?

— Хроники
какие-то военные. Я так понимаю, что это как документальный фильм. То есть там
вообще фильм без слов. Отличная роль. Главная роль, при этом она маленькая, снята
за один день и без слов. Вообще отлично. Это все очень просто было. Мне
понравилось на самом деле. Если я не ошибаюсь, называется «Согрей своим теплом».
Я не вдавалась в подробности вообще. То, что происходит,
  я узнавала уже на площадке. Я была такой
девочкой в пуховике, штаны такие беларусьфильмовские, в которых уже переснималось
не знаю сколько людей, и с какого года.

— Путешествовала
летом? Как?

— Отлично.
Дикарем.

— Автостопом
может?

— Нет. Я была в
Одессе на фестивале, и наши ребята уже все уехали по домам, а я с товарищем
поехала дальше, в Крым. Назад мы возвращались уже автостопом, возвращались
очень сложно, на 8 машинах, наслушались очень много всего интересного про Украину.
Очень долго. Мы застряли ночью на трассе, замерзли жутко. Просто ночью никто
никого не забирает, наверное, потому что всем страшно, хотя мы вроде выглядим
очень мило и неопасно. Мне в 18 лет, как первый раз туда поехала, показали что
такое Крым, что такое отдых дикарями. Я теперь по-другому просто не
умею. Я не представляю себя в какой-то гостинице с бассейном, со всеми
условиями. Я не могу смотреть на людей на пляже в купальниках, или когда рядом
ходят и кричат: «Шаурма!», и все эти звуки. Для меня это не отдых. Мы были на
Меганоме и в Лисьей Бухте. Это просто край земли! Там нет ничего, особенно на
Меганоме. Ты сидишь, вот у тебя стоит палатка, огромная семья в других
палатках, которых ты начинаешь узнавать, знакомиться с ними – все свои. Ты
можешь уехать в Судак, оставить свои вещи в палатке, и ты точно знаешь, что их
никто никогда там не тронет, и с ними ничего не случится. И всё, есть только
море, горы, небо, звезды и никакой там одежды, никаких оберток, никакого
лицемерия. Люди такие все счастливые, довольные ходят. Никаких депрессий,
ничего. Оттуда просто уезжать не хочется. Но, в любом случае, надо возвращаться
в реальность.

 

Автор фото: Антонио Sun

Я там была с
одним человеком. Только с одним, но это вообще не проблема, потому что там всё очень просто. Там все люди ходят и с каждым встречным здороваются, говорят друг
другу «доброе утро». Это нормально, и людям больше ничего не нужно для того,
чтобы начать разговор. Разговор завязывается ни на чем и свободно продолжается,
и все становятся друзьями, одной семьей, и это очень круто. То есть для того, чтобы с кем-то сблизится и войти в контакт ничего не надо, просто нужно с
человеком поздороваться. И вообще, компания там нарисовывается сама очень
быстро, причем ребята отовсюду: из России, Украины, Беларуси. И ты
знаешь, что можешь потом приехать в тот же Киев, погостить у них, они могут
приехать сюда, и я буду их счастлива видеть.



— А с Европой у
тебя как?

— Была по случаю
фестиваля в Литве, только один раз, потому что у меня большая проблема с
оформлением бумаг. Для меня это просто какой-то кошмар. Я не умею с этим
правильно обращаться: когда надо идти куда-то, что-то подписывать, нести
кому-то, какие-то документы собирать. Мне кажется все это долго, очень нудно
так и неинтересно. И я никак не доберусь до того, чтоб сделать визу просто. А
тогда нам сделали визы на весь наш коллектив театральный, очень быстро. Одноразовые,
правда. Ну, вот мы ездили в мае в Вильнюс. Туда я хотела уже давно. Вот это был
город, в который меня тащило. Есть города, которые манят, и есть которые не
манят. Вот этот манил безумно просто. Но поняла я, что еду в Вильнюс, только
тогда, когда сидела в автобусе и переезжала через границу. И я думаю: «Чивелева,
ты едешь в Вильнюс, где твоя радость вообще, где твое счастье?». Как-то я это
спокойно приняла и не получила заряда вот этой энергетики, которая, я думала,
будет. Питер я больше полюбила за время пребывания там. А с Вильнюсом так,
может от того, что была ответственность какая-то: курсы, спектакли, репетиции,
мастер-классы. Надо куда-то ходить постоянно – это очень интересно, но лучше,
когда ты уезжаешь в другой город и оставляешь все здесь. И тогда ты можешь
по-другому воспринимать реальность этого города. Но все равно Вильнюс классный.
Я бы съездила туда еще.

— А как ты
отнеслась к словам президента нашего, о том, чтобы сделать  выезд за границу платным, помнишь?

— Вообще ужасно
я к этому отнеслась. Сначала я подумала, что это шутка. Мы все напугались,
спросили у преподавателя нашего. Он разбирается в этих делах и он обычно в курсе всех этих тем. Мы решили
поинтересоваться, и он успокоил нас тем, что президент, скорее всего,
погорячился и на самом деле ничего этого не будет. Но потом, это же продолжалось,
развивалась эта тема дальше в интернете, и становилось как-то страшно. Потому
что, по-моему, это такое жуткое ограничение свободы.



Я тут подумал
и решил для всех интервью сделать один стандартный вопрос-предложение. Выдели
свои лучшие черты, либо то, в чем ты лучше других. Я понимаю, что трудно,
наверное. Выделить свои сильные стороны, либо то, в чем ты лучше других может
высокомерный человек, в большинстве случаев. Ты не высокомерна?

— Нет, совсем
нет. Я очень приземленная в отношении себя. А, вот значит это и будет лучшей
чертой — то, что на самом деле я не высокомерна, не умею выделять свои лучшие
черты и то, что я очень самокритична. Да, это скорее и есть лучшая черта, потому
что я очень часто недовольна собой, даже не то что недовольна, не то что
самооценка низкая, у меня нормальная самооценка, просто я знаю, когда я могу
лучше и когда я не дотягиваю. И я очень спокойно воспринимаю критику, если она
толковая и грамотная, а не такая, которая от людей, ни в чем не разбирающихся,
но при этом критикующих всех. Перфекционизм такой — он присущ мне. Еще я всегда понимаю, что надо учиться, учиться очень многому, всегда. Становиться лучше,
гораздо лучше. Вот такая черта. Я другой даже не знаю, даже придумать не смогу.

— А расскажи мне
о своем детстве.

— Вообще я очень
плохо помню детство. Оно у меня все стирается до такой степени, что мне
кажется, что это вообще была не я. То есть мне кажется, что лет с 17 существую
Я-теперешняя, а там был кто-то другой,
 кто за меня жил. И вообще я не понимаю, что
это было такое, и была ли я на самом деле. Помню какие-то черты характера.
Воспоминания просто урывками какими-то, вырезками такими. Помню, что я всегда
стремилась не показывать свою боль. Это вообще зарождается еще до трех лет. И
вот оно у меня было изначально. Если мне было больно, то я никому это не показывала.
И
 потом, когда в школе уже мальчикам в
прикол меня было подергать где-то, побить что-то, а я стояла с железным
лицом, и такая типа: «Ха-ха, ну и что?». Меня называли терминатором в школе,
один одноклассник это придумал. Он очень хорошо ко мне относился, но бить он
меня тоже любил. Иногда было действительно больно, но вот, чтоб показать это кому-то,
чтоб кто-то знал, что мне больно или плохо – никогда в жизни.

Еще я очень была необщительная. Я никогда не искала общения с людьми сама. Если ко мне какие-то дети не подходили играть, то я так и сидела одна. Очень не любила в какой-то период детей своего возраста. В садике общалась с мальчиками только. У меня была одна подружка, но когда она играла с девочками в куклы, я играла с мальчиками в доктора под столом, мы делали друг другу уколы, и это было очень интересным занятием. Иногда мне казалось, что с ними даже не о чем разговаривать. Мне хотелось чего-то более такого взрослого, а у них всё было как-то упрощено. Но в любом случае сейчас хочется вернуть назад это, даже не вернуть, хочется просто иногда не терять эту детскость. Я иногда мультики смотрю. Люблю хорошие мультики очень. Они возвращают назад, пробивают в душе какие-то эмоции такие нужные. Потому что много груза этого всего, а тут раз и возвращаешься в детство. Еще года три назад я была такой безумной, готовой на всё. Сейчас же это всё у меня меньше проявляется, поэтому иногда надо возвращаться, да.

— А я все
детство пытался научиться не смеяться, когда смешно.

Кадр из фильма «Выше неба»

— Кстати, сегодня смотрела последнюю серию «Выше неба», и там был момент, когда Никита должен прийти и сообщить всей своей банде, что концерта не будет, потому что Юля умерла. И сразу, естественно, возвращаешься в день съемки, все эти внутренние штучки чувствуешь. Я смотрю, как это со стороны выглядит, и я понимаю что там со мной в этот момент происходит. Оно так смонтировано, вроде все нормально, но у меня так врут глаза! Это потому, что у нас там был смех дикий, потому, что Никиту до этого сняли отдельно, он там и слезу пустил и все как надо сыграл, ведь Юля же умерла и концерта не будет. А когда нас снимали, он уже пришел в себя, стоял рядом. Мы такие «Никита, что случилось?», а он стоит и ржет. Это было так трудно – собраться, и заставить себя быть серьезными, но вроде собрались, и не палимся там особо, вроде.

— Когда мне
«Выше неба» посоветовали, я особо не надеялся на что-то толковое. Думал: «Ну,
белорусский фильм, ну ладно, гляну». Я его включил и каждую минуту ждал, что
кто-то из актеров слажает, или что-то сделает так, что я не поверю. С этими
чувствами я смотрел часа пол, но потом понял, что всё-таки всё в порядке и можно
расслабиться. 
Потом, вышел фильм «Жыве Беларусь». Я, посмотрев на название, на актерский состав, на тематику, решил, что он может быть неплохим фильмом. Загрузил его себе и посмотрел целых пол часа. Было трудно смотреть и не плеваться. Дальше наблюдать это я не видел смысла. Выключил. Как тебе вообще творение?

— Ну да, Минск
показали с какой-то негативной-негативной стороны, которая может быть и имеет
место быть для каких-то определенных людей, которые загоняются по этому поводу,
но тут показано, что так оно везде и у всех, и вообще всё и вся в этом живет, а
это не правда. Снимали просто люди, которые так думают.



— Вообще сейчас
основное твое занятие — это театр, да?


Пока учусь, естественно, этим не то что приходится заниматься, нет, не
приходится. Но да, пока это театр. Не скажу, что я быстро влилась после лета,
тем более, что я приехала на неделю позже. Но надо было заниматься активнее.



— Ваш театр называется «7 этаж», да? Вот, я знаю у вас есть постановка «За чем
пойдешь, то и найдешь». Сейчас еще что-то готовите?


Конечно. У нас до этого было два спектакля, которые игрались на фестивалях, но
я в них не участвовала, ни в одном. Не знаю почему, наверное, потому что на
съемках была постоянно, когда готовили их. Еще до этого были отношения, которые
меня поглощали больше, чем театр, потом съемки, которые, опять же, меня больше
поглощали, чем театр. А потом, ты знаешь, остываешь к этому. Этим надо
постоянно заниматься, и это надо очень любить, потому что театр – очень
жестокая, капризная такая штука. То есть, как ты относишься к сцене, так и она
к тебе будет относиться. Но когда я поступала, я поступала с таким энтузиазмом! Много готовилась. Я сдала на 10 режиссуру, на 10 актерское, притом, что в
режиссуре я не знала ничего вообще. Но загналась так, что подготовилась, нашла
людей, которые мне помогли, и все получилось в итоге. Огонь в глазах, к театру
любовь гигантская – это все присутствовало, а потом постепенно как-то стало
тихнуть. Теперь, даже иногда ты как-то через силу идешь в этот университет,
потому что там, помимо этого театрального, много всего лишнего. Я понимаю,
конечно, что не лишнего, но ты идешь заниматься туда профессией, а там: «Вот
тебе еще это, это, это, это и это». Периодически туда не хотелось идти вообще.
Но когда ты начинаешь что-то делать, конкретно работать над каким-то
спектаклем, то это начинает затягивать очень сильно, а потом когда выходишь на
сцену, то это вообще просто невероятные чувства. И сейчас будет несколько
спектаклей. Есть очень интересный
материал, девочка делает – «А завтра была война». Это повесть вообще, но
девочка делает инсценировку. Это моя любимая роль пока, из отрывков, которые мы
ставили на курсе. И вот дальше девочка ставит спектакль дипломный. Учитывая, что военное, опять-таки, кажется война – сколько уже можно об этом,
но материал очень интересный, вообще отличный. То есть там нет еще войны, там
история школьников, которые живут своей реальностью, которым запрещают читать
Есенина, пользоваться косметикой – смотря какие у кого родители. У меня,
например, там все проще. Это все происходит до войны, и ровненько за один день
до начала войны заканчивается повесть. Я вот жду с нетерпением репетиций. Будет на что посмотреть.



— А я четвертый год в Минске, но никуда толком пока и не выбрался. Я имею ввиду
из театров.

— Сейчас же такой огромный выбор! Кто-то не любит классику, кому-то кажется это
очень нудным и неинтересным, но сейчас очень много ставится каких-то
современных пьес, драматургов куча, экспериментальных спектаклей, совершенно
безбашенных, которые покруче, чем арт-хаус в кино. Вообще очень разные есть
спектакли, на любой вкус и цвет просто. Только надо знать что тебе больше
интересно. Это почти как фильмы. Там ты выбираешь какой жанр тебе более интересен, а потом можешь выбирать из этого жанра. Так и в театре, ты можешь попасть очень удачно, очень. 
Я поняла, что хочу в театр, когда первый раз в жизни вышла после спектакля, а меня так накрыло! У меня спрашивают: «Ну что? Ну как тебе?», а я говорить ничего не могу. Для меня это показатель того, что меня что-то дернуло. Тут я просто онемеваю, потому что мне нужно часа два подумать просто, как-то отойти от этого, потому что меня так погружает! И вот если я выхожу в таком состоянии, то это значит, что что-то произошло такое значимое.



— Ты мне много про театр рассказала, но тебя знают больше по фильмам, а
точнее по «Выше неба». Может, ты расскажешь, что там у тебя сейчас происходит?
Что предлагают? Или, может, расскажешь про свои желания именно в этой теме?

— Ну, для начала про то, что вообще происходит сейчас в кино. Сегодня вот сидела,
отправляла свои фотографии, потому что нужно периодически напоминать о себе в
каких-то базах. Потом тебе звонят, а ты вообще не понимаешь откуда они тебя
взяли вообще и как нашли, а оказывается, что кому-то, давно-давно, ты скинула
что-то, а они о тебе вспомнили и вот теперь это уже работает на тебя. Вообще
очень часто приезжают россияне и снимают сериалы. Сериалы категории «Для
домохозяек», которые такие прямо очень жизненные. Вот от них я уже немножко
устала. Такие предложения у меня есть. Я стараюсь не отказываться ни от чего потому, что это опыт, это заработок. В театре-то хорошо не заработаешь, поэтому сериалы
— самый такой хороший вариант заработка. К тому же это и интересно безумно. Я
просто обожаю съемочные группы, потому что там всегда такие интересные люди!
Все, от режиссера и до ребят, которые там работают рабочими. Весьма интересно общаться.
Это очень здорово.

Сериалы,
да. Россияне тут снимают, потому что тут им дешевле и проще снимать. Скорее
всего, у них есть свои главные герои, которых они снимают, а здесь уже набирают
второстепенных.

Но
я мечтаю о полнометражном фильме. Чтобы сняли какой-нибудь нормальный,
полнометражный фильм. Потому что короткометражки были у меня, не популярные, не
нашумевшие. Даже я сама их не видела. И сериалы были, а вот таких фильмов не
было, и очень хочется большой, нормальный проект. Вот чтобы как в «Выше неба».
Это была семья, эти пол года жизни мы жили вместе, можно сказать. И вообще это
такое единение глобальное. Ты приходишь туда, и ты знаешь там всех. Вот этого
очень не хватает – чтоб прийти, остаться на несколько месяцев и делать вместе
что-то хорошее. Очень хочется такого. Хочется не банального чего-то, не про
войну. Не знаю что конкретно.



— Может уехать в Голливуд и работать там пол года официанткой сначала, а потом
сниматься в фильмах?

— Нет. Я не знаю английский, чтобы ехать в Голливуд. Хочу какой-нибудь проект,
чтобы уехать сниматься в Питере, например. То есть приехать в Питер и жить там
месяца два, и сниматься там. Вот это вообще идеальный вариант. Не то чтоб
постоянно жить, я не могу пока этого себе позволить, потому что распределение.
А так, я думаю, я бы уже сбежала. Не навсегда, может, но было бы здорово пару
месяцев пожить в Питере, пожить в Киеве, зимой свалить в Индию, а после этого
возвращаться домой, естественно. В идеале было бы круто совместить уезд куда-то
и работу. Вот об этом можно мечтать.


Большое спасибо Оксане за уделенное время, успехов в учебе, хороших ролей и достойных фильмов!

Источник: http://69nd.blogspot.com/2013/12/blog-post.html

Поделиться:
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *