Вот я, Аня Хитрик, 33 года, и у меня мурашки по всему телу

_DSC0407Анна Хитрик — харизматичная актриса театра, талантливый музыкант и просто интересный человек.

Блиц-опрос

"Аня Хитрик любит..."

«Аня Хитрик любит…»

— Суть блиц-опроса проста — ты рассказываешь о себе своими предпочтениями. Например, я говорю: «Фрукт», ты отвечаешь: «Груша».  Итак,

начинаем. Цвет

— Черный

— Запах

— Ваниль

— Животное

— Собака

— Пора года

— Весна

— Актер

— Джек Николсон

— Фильм

— Большая рыба

— Поэт

— Маяковский

— Книга

— «Рони, дочь разбойника»

— Спектакль

— «Мотылёк»

— Блюдо

— Просто овощной салат

— Напиток

— Клюквенный морс

— Город

— Вильнюс

Основная часть

«Это банально, но вокруг всё действительно очень красиво»

Это банально, но вокруг всё действительно очень красиво. И необязательно ехать куда-то далеко, хотя это тоже было бы здорово — тут уже финансовый вопрос. Но с финансовыми вопросами у меня всегда было туго, и поехать куда-то, увидеть свои водопады, о которых я мечтаю, я пока не могу. Я точно знаю, что мне иногда нужно время, нужно остаться одной, не для того, чтобы отдохнуть от мужа, а для того, чтобы увидеть что-то красивое, не отвлечься на разговор о быте или еще о чем-то, а просто увидеть что-то. Вот, например, осенью я могу идти по городу и просто смотреть, смотреть на то, что мне нужно. Я люблю наблюдать за людьми, за морщинками бабушек, за детскими реакциями, за листвой, за деревьями, за воронами обожаю, они так смешно себя ведут, как собаки, обожаю слушать смех людей, настолько иногда не угадываешь как смеется этот человек, а когда это услышишь, то сама начинаешь ржать как лошадь. В общем меня спасает и удивляет каждый раз наблюдение. Я не хожу в караоке, в клубы. Иногда хочется пойти в кино, но это скорее не от скуки, а потребность какая-то: «Всё, хочу пойти в кинотеатр, мне все равно на какой фильм, просто хочу»

«Мне очень нравятся всякие дряни и гадости»

Я люблю всё не полезное. Мне очень нравятся всякие дряни и гадости. Я, например, не прошла бы мимо МакДональдса. Это то, что я люблю, а что лучше кушать, я не знаю. Нужно искать удовольствие. У кого-то удовольствие — это жареные пельмени, у кого-то — салат. Иногда вот ешь вечером и думаешь: «Хитрик, вот завтра утром проснешься и будешь кричать себе, что ты жирная корова». Вообще. я на этом не загнана, слава богу не совсем уж колобок. Не страдаю проблемами диет, но периодически себе напоминаю, что надо бы рот закрыть. Мне кажется, что надо делать, есть, рисовать, одеваться так, как тебе доставляет удовольствие.

«…вот я, Аня Хитрик, 33 года, и у меня мурашки по всему телу»

Вот многие говорят: «На какой спектакль посоветуешь сходить?». А ни на какой не посоветую, потому что я совсем не знаю внутреннего мира человека, и я не вижу спектакль глазами человека, я вижу своими глазами. Вот ты спросил книгу, я сказала «Рони, дочь разбойника». Ты же наверное тоже не знаешь эту сказку, а ее написала Астрид Линдгрен. Все знаю Карлсона и все знают Пеппи Длинный Чулок, но никто не знает «Рони, дочь разбойника». А поверьте, эта сказка, я вообще не понимаю, почему ее никто не знает, ничем не уступает, она ничем не хуже, она гениальная. Там такие диалоги у детей выстроены, которые читает взрослый человек, вот я, Аня Хитрик, 33 года, и у меня мурашки по всему телу. И вот если ты услышал всё-таки название, советую прочесть и потом не останавливаться, если тебе понравилось.

«Не знаю, к сожалению или к счастью Европа вся прекрасна, почти»

У меня воспоминания не о странах и городах, а о состоянии, в котором я пребывала там. Я много времени в детстве проводила в Вильнюсе. Проводила его очень хорошо. Там дедушка с бабушкой жили, и я просто купалась в любви и внимании. Они были моими друзьями. И для меня Вильнюс — это такая хорошая ностальгия, такая прямо до слез. Вильнюс ассоциируется с таким теплом, с этим четвертом этажом, с балконом, с красной геранью, с огромными ступеньками, по которым я когда-то не могла подняться маленькая, с обшарпанной дверью, с запахом бабушкиных булочек, с улицами, куда я убегала и говорила бабушке, что я где-то возле дома, а сама бегала в старый город. Мне казалось, что я такая взрослая. Для меня этот город самый волшебный город на свете. И какие бы я не видела красоты, для меня все равно Вильнюс —  город номер один. Мы были с театром в Париже — это действительно красивое место, мы были с театром в Мадриде — это тоже своя культура и своя красота. Не знаю, к сожалению или к счастью Европа вся прекрасна, почти.

«И это касается абсолютно всех – геев, не геев, кого хочешь«

Мне нравятся мужчины. Но у меня есть близкие друзья-девочки, которым нравятся девочки, и друзья-мальчики, которым нравятся мальчики. И мы с ними это никогда не обсуждаем, просто потому, что это личный вопрос. Мы общаемся, не смотря на это. Это вот как когда мы встретились с моим мужем, я же не сказала сразу «А сколько тебе лет? А то вдруг я старше, так я с тобой не буду общаться». А потом оказалось, что у нас с ним неплохая такая разница в возрасте и я действительно старше на 7 лет. В этом вопросе так же. Не важно кого человек любит. Еще я знаю, что церковь против, и я, вроде как, человек верующий, но здесь я в упор не согласна. У меня прекрасные друзья, и прежде чем я узнала кого они любят, они стали моими друзьями. И я не собираюсь отворачиваться от друзей, только потому, что им не нравится мужчина, который нравится мне, или наоборот, если им нравится мужчина, который и мне нравится. Я не люблю, когда это происходит в
метро, на улице, не знаю почему, но не люблю. Я, наверное, каких-то старых
правил. Я не хожу на нудистские пляжи, и не обладаю такой внутренней свободой,
чтобы кричать «А я вот такая!». Не люблю, когда люди себя вот так выставляют. И
это касается абсолютно всех – геев, не геев, кого хочешь.
 

О современном белорусском искусстве

Мы все в театре надеемся, что мы — это есть мы, но это не есть так. Мы государственный театр, следовательно, любое произведение на постановку должны утвердить. Современное белорусское искусство, наверное, это небольшая горстка людей, которая делает что-то такое от сердца и очень своё. Это и актеры, и музыканты, и танцоры, и, конечно, художники. Просто сейчас вот что есть: есть те, которые идут по накатанной, а есть те, которым хочется выпендриться. Насмотрятся чего-то, не вникнут, почему это сделано именно так, а потом: «О, и я сделаю так!». И это не потому, что они чувствуют так, а потому что так модно сейчас. «Вот вы, со своим Станиславским! А вот я! А у меня тут пожар на сцене!». Для меня это не есть современное искусство.

Актеры

Я знаю нескольких людей, которые живут искусством. Ну, например, у нас в театре есть актер Пашка Харланчук – абсолютно сумасшедший человек. Сумасшедший тем, что у него четверо детей, а он здесь работает. В театре не принято хорошо зарабатывать, но раньше мы думали, что не настолько. Но человек работает именно здесь, а не на каких-то других работах. Это потому, что он человек искусства, потому, что он потрясающий актер, потому, что я не знаю что он может не сыграть. Даже завидую ему. Потому что если он здесь не будет работать, то нафиг всех увольнять.

Поэты

Есть девочка, не помню точно где она живет. Она написала мне как-то одно свое стихотворение —  я была в восторге! Я не знала как на это реагировать, потому что мне стало стыдно за себя. Она сначала написала, что слушает наши песни и что ей очень нравится, а потом написала свое стихотворение. Я хотела спросить, как она может слушать наши песни, если она сама пишет такое! Но я ей написала что-то более простое. Она мне выслала свой маленький сборник. Это прекрасно! Почему этого нет нигде до сих пор – для меня загадка. Есть вот такие подпольные люди, которые этим живут, дышат, но нам, почему-то, вместе с пылью в глаза суют что-то другое, неинтересное, скучное, серое, называя при этом подсовываемое современным белорусским искусством.

Музыканты

Если я могу что-то изменить, то да, я влезу куда хотите. Например проект, который был недавно с музыкантами против смертной казни. Как-то я поверила людям, что я могу что-то изменить и я сделала всё, что я смогла. Написала специально песню, нервно ее исполнила. И я верю, что такие люди как Лявон Вольский, могут изменить что-то. Я с этими людьми встречаюсь, мы с ними работаем, правда редко, но я вижу, что они это делаю не потому, что хотят заработать бабло своё, а потому, что они живут так. Я помню мы сидели: сидел Вольский, Вайтюшкевич… Много было музыкантов и они пели: «Мы дзеци галакцикииии», вспоминали что-то, хохотали, радовались, что проект этот состоялся, что мы все раззнакомились. Вот за такие моменты хочется очень много отдать. И в такие моменты понимаешь, что не всё ради денег делается.

 

Спасибо Анне за интервью. Желаем творческих успехов, реализации во всех существующих и планируемых ипостасях.
Поделиться:
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *