Там синее небо, облака зовут нас

4494910-650-1447930162-ChagallMilano-Ilcompleanno1915

Марк Шагал «День рождения», 1915

Ты закружил меня в вихре красок. И внезапно ты отрываешься от земли и тянешь меня за собой. Нам хочется на волю, сквозь оконные стекла. Там синее небо, облака зовут нас

Вряд ли кто-то без «Гугла» сможет ответить на вопрос: чьи же это слова? Похоже на отрывок из какого-то романа, не так ли?  Это строки из автобиографии одной известной женщины. Вы наверняка её видели на полотнах выдающегося художника Марка Шагала.

Белла Розенфельд — первая любовь, первая жена и вечная муза живописца. Она словно дополняла его: они одного роста, безумно похожи, но в тоже время, невероятно разные. Девушка была яркой разносторонней личностью: любила литературу, историю, занималась актёрским мастерством в студии у самого Станиславского, имела прекрасный писательский дар. Пожалуй, даже две последующие жены не смогли заменить Шагалу Беллу: её портреты он писал и после смерти, а черты лицавозлюбленной нашли отражение почти во всех работах, где есть женщины.

В 1908 году их познакомили. Наверное, это была судьба. Шагал в автобиографии напишет: “Ее глаза — мои, как будто она давно уже знала меня, знала все о моем детстве, о моем настоящем, о моем будущем. Как будто она наблюдала за мной, угадывала меня, хотя я вижу ее впервые. Я почувствовал, что она — моя жена”. Ему вторит Белла: “Я не смею поднять глаза и встретить его взгляд. Его глаза сейчас зеленовато-серые, цвета неба и воды. Я плыву в них, как в реке”.

Через год состоялась свадьба. Ничего не предвещало беды, но юного Шагала стала мучить какая-то тоска… Через некоторое время он уехал в Париж, оставив жену. Все, кто знал эту пару, были в шоке. Кроме Беллы: «Его позвал в дорогу какой-то таинственный инстинкт. Как грача или журавля осенью! Но он вернется» — так и объясняла девушка странный поступок мужа. Наверняка, поэтому и писала все четыре года ему письма, в которых старалась поддержать Марка.

Он вернулся в 1915 и опять стал уповать возлюбленной. Через год родилась дочь Ида. Тогда художник стал рисовать и её. Дальше события буквально пролетали над головами семьи творца. Было нелегко, но их  жизнь оставалась такой же насыщенной и мирной, как в первый год знакомства.

Марк Шагал с женой и дочерью, 1924

Марк Шагал с женой и дочерью, 1924

И вот  в 1922 году началась эмиграция. Они жили в Каунасе, Берлине, Париже. В начале Второй Мировой войны перебрались в Нью-Йорк, где и переждали это жестокое время.

В 1944 году Шагалы очень обрадовались новости об освобождении Франции, поэтому они собирались туда вернуться. К несчастью, Белла внезапно заболела. Инфекция убила её за несколько дней… Мэтр никак не мог смириться с кончиной возлюбленной, девять месяцев провёл в депрессии, из которой ничто не могло его вывести. Первые картины в этот период были посвящены её памяти. «Когда Белла ушла из жизни, второго сентября 1944 года в шесть часов вечера, громыхнула грозовая буря и непрерывный дождь излился на землю. В глазах моих потемнело»- вспоминал Шагал.

Дочь Ида помогла отцу выйти из депрессии. Затем познакомила его со второй женой, была и третья… Внешностью они напоминали Беллу, но никак не могли заменить её. До самой смерти Шагал пронёс  образ и черты  этой необыкновенной женщины в своих работах. Наверное, вот она: настоящая любовь.

Скуратович Кристина

Картина и фото взяты из Интернета

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *