Женское лицо экстремальной журналистики: интервью с репортером РИА Новости

Рубрика — Мастер-класс

Вера Костамо – репортер РИА Новости. Она бегала под пулями на Донбассе, спасала людей после наводнения в Крымске и шла на край земли, чтобы поговорить с хакасской отшельницей. Смотришь на нее – и не понимаешь: как эта улыбчивая женщина не сломалась под давлением собственной профессии? Лучше, чем сама Вера, на этот вопрос не ответит никто.

Начало пути

— Когда я только пришла в журналистику, писала философские и социальные колонки для гламурного издания. Не помню, как оно называлось. Если бы тогда мне кто-то сказал, что буду работать в зоне боевых действий, я бы покрутила пальцем у виска.

В том журнале я проработала год, а затем устроилась в пресс-службу одной медицинской организации. Приходилось серьезно готовиться к каждому материалу, чтобы не ошибиться в терминах: врачи на это очень остро реагируют. Со временем я начала проситься туда, куда журналистов обычно не пускают, а вот сотрудника пресс-службы – обязаны. Например, в детскую реанимацию или к новорожденным. Тогда я поняла, что врачи или спасатели не обязаны разговаривать с журналистом. Вопросы мешают им спасать людей. Поэтому на выездах скорой я старалась быть полезной. Спрашивала, чем помочь, – и таскала сумки за врачами. Постепенно медики прониклись ко мне доверием: видели, что я не пытаюсь их очернить, что уважаю правила. Поэтому доктора продолжили пускать меня в палаты даже тогда, когда я начала работать в РИА Новости. Репутация очень важна: если вы оставили о себе плохое впечатление, никто не будет с вами разговаривать.

В 2014 году коллега предложил рассказать про гуманитарную помощь Донбассу, где он тогда работал. Тема была мне близка (уже тогда долго работала волонтером), но я верила, что война – не для женщин, что мне нечего там делать. Через год ситуация изменилась, и я поехала. Поняла, что женский подход к войне должен быть, потому что он другой. Корреспонденты-мужчины в основном рассказывали о ходе боевых действий, а я хотела показать людей.

На борту ледокола «50 лет Победы» по пути к Северному полюсу

Человеческие судьбы

В этом году меня попросили рассказать о беженцах из Украины. И я посвятила репортаж частному приюту в Ростовской области. Он существует только благодаря пожертвованиям. Там живут две бабушки, одна из которых участвовала в Параде Победы в 1945 году. Обе без родственников и без пенсии, потому что никто оформлять не хотел. После этого материала женщине, которая о них заботилась, начали присылать деньги с припиской: «На пенсию бабушкам». После этого довольно быстро решился вопрос с документами и гражданством.

Был другой случай. Мы освещали последствия наводнения в Крымске. Когда уезжали с места событий, за нашей машиной побежала маленькая девочка. Она кричала: «Дайте воды! Только дайте воды!» Оказалось, что ребенок – из большой семьи, где все дети приемные. Дом их очень сильно пострадал, потому что стоял у самой реки. Они чудом спаслись. Мы купили им еду, медикаменты, мебель. Эту историю подхватили другие российские СМИ и собрали деньги на новую квартиру. Через год я уже приезжала к ним на новоселье.

Когда вы работаете в горячей точке или зоне ЧС, психика испытывает большие нагрузки. Следствием может быть посттравматический синдром. Многие мои коллеги занимаются помощью пострадавшим, потому что так проще, чем быть лишь свидетелем чужого горя. Есть журналисты, которые против такого подхода. Они говорят, что приехали только работать, и я уважаю их мнение. Здесь не может быть правильного варианта.

Вера Костамо с инспекторами заповедника «Хакасский»

Трудности

Когда я анализирую свои ошибки, понимаю, что большая их часть возникла по моей глупости. Например, до сих пор я обходилась без крупных травм, но повредила спину, бегая в бронежилете. Он весит 11 килограммов, мышцы не были готовы к таким нагрузкам. Пальцы на руках отморожены потому, что, когда я ехала на снегоходе, мне стало жарко, и я сняла перчатки.

Нужно думать, всегда. И не ждать, что это за тебя сделает редакция. Как правило, люди в офисе не понимают трудностей человека за тысячу километров от них, и в этом нет их вины.

Перед выездом я оформляю страховку, прохожу курсы первой помощи, нахожу фиксера (проводник, помогающий репортеру на месте – прим. ред.), продумываю транспорт, закупаюсь медикаментами и экипировкой. И, если со мной что-то случится, я знаю, кто вырастит моего сына.

Я не рискую напрасно. Но бывают исключительные случаи. Например, когда-то я ездила на Донбасс и шла по улице с девочкой. Вдруг она мне говорит: «Вера, а через 800 метров снайпер». По всем правилам, мне нужно было надеть бронежилет и каску. А я этого не сделала. Нарушение правил? Да. Но рядом со мной шел уязвимый ребенок, как я могла носить при нем защиту?

Вера Костамо во время экспедиции к хакасской отшельнице

Последствия

В моей жизни было несколько страшных ситуаций. Однажды я попала под обстрел. Испытала животный страх, который чувствовала всем телом. А когда моя команда в Хакасии ехала по льду, который трещал под нами, страх был другой – мерзкий и липкий. Тогда пришло осознание: окружающие люди находятся здесь из-за меня. Если с ними что-то случится, в этом будет моя вина. И понимать такое очень важно. Ни один текст не стоит чьей-то жизни. Нельзя позволять себе увлекаться войной и ради материала тащить людей на передовую. Получить Пулитцеровскую премию посмертно – так себе награда.

Нужно с уважением относиться к чувствам других людей. Если вы работаете на месте совершения теракта – не нужно лишнего натурализма в описании трагедии. Не пишите об оторванных конечностях. Материал будут читать родственники и друзья погибших, их травмируют такие детали. Не успокаивайте людей словом «Держись!», потому что оно никому не помогает. Профессиональный черный юмор может сотню раз выручить вас, но не пострадавшую семью.

После таких командировок меняется личность, мировоззрение. Это жертва, к которой нужно быть готовой. Несколько лет назад случилась смешная история. Меня тогда номинировали на премию в области экстремальной геополитической журналистики. Я пришла на вручение, а там с удивлением спрашивают: «А Вера Юрьевна-то когда придет?» Видимо, ожидали увидеть кого-то постарше. Но иногда я сама чувствую, что прожила больше лет, чем значится в паспорте.

Я никого не призываю повторять мой путь, но не жалею, что выбрала его. Своими репортажами я помогаю людям. А это лучший подарок, который могла мне сделать профессия.

Текст: Екатерина СИВОДЕДОВА, 3 курс

Фото из личного архива В. Костамо

админ ЖФ

"ЖФ" родились в 2009 году на кафедре периодической печати. Наша прописка: г. Минск, Кальварийская, 9.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *