Привет. Я не знаю, где ты сейчас: в редакции, на съёмках или дома за компьютером, но знай: у тебя получилось.
Помнишь, как тебе говорили, что ты слишком чувствительная, что принимаешь все близко к сердцу, что не сможешь быть журналистом, потому что не умеешь быть равнодушным?
Все изменил тот репортаж. Новый год, праздник, радость. Детский дом. В этом месте все ощущается по-другому. Волнение, напряжённость и то тепло, которым хочется окутать каждого ребёнка. Поздравить ребят приехала детская студия. Провели концерт, подарили подарки. Пришло время взять интервью у детей, спросить, как их впечатления, но моё внимание привлёк мальчик, который сидел за отдельным столом совсем один и рисовал. Я подошла к нему и увидела на листе бумаги голубое небо и дом, на крыше которого стоит мальчишка с красным воздушным шариком в руках. Я не спрашивала, просто была рядом. Он сам сказал: «Этот шарик поможет мне взлететь и увидеть, где мама».
Тот сюжет получился особенным, возможно, слишком чувственным. Но в нём была вся ты. Писала и плакала. Интервью с мальчиком получило большой отклик. У многих детей появился тот самый красный воздушный шарик, который помог увидеть маму. В детский дом стали приезжать благотворительные отряды, волонтёры и просто люди. Получилось бы, если бы ты не дала себе прочувствовать?
«Эмоции обычно через какое-то время проходят, но то, что они сделали, остаётся» , –говорил публицист Вильгельм Швебель. Как в жизни, так и в журналистике эмоции это то, что срабатывает как триггер, то, что цепляет, то, что заставляет дочитать до конца.
Каждый раз, когда ты опускаешь руки и слышишь: «Будь сдержаннее»,
вспоминаешь тот шарик. Как надежду, как знак, что чувствовать нужно.
Знай, у тебя получилось, ты не потеряла себя.
Осмоловская Мария
